23.09.2020
Памяти Игоря Гулика... каким он парнем был...

Гулик Игорь Михайлович – подполковник милиции, выпускник ЛенВОКУ им С.М.Кирова 1991 года.

Командир специального отряда быстрого реагирования (СОБР) Управления по борьбе с организованной преступностью при УВД Белгородской области.

Награжден:

 - орденом Мужества (29.02.2000 года),

 - медалью ордена «За заслуги пред Отечеством» 2 степени (29.07.2002 года),

 - медалью «За отвагу» (18.11.1996 год). 

…Я перебираю стопку фотографий… С черно-белых и цветных фото на меня  смотрят мои друзья-товарищи по военному училищу, по офицерской службе в армии и МВД… Вспоминаю всех и каждого. На фотографиях мы все – молодые, весёлые, жизнерадостные. Ну, а почему бы нам не радоваться, когда у нас, как нам тогда всем казалось,  – вся жизнь ещё впереди? Хотя… я обратил внимание на то, что Игорь Гулик на фото почти нигде не улыбается… Воспоминания накрыли меня девятибалльной волной... Расчувствовался. Позволил себе вечерком опрокинуть стопку водочки, – помянуть Игоря, с которым мы общались  почти 19 лет:  в училище мы с ним были в одном взводе, после окончания  училища служили офицерами в бригаде морской пехоты в одной роте, позже оба работали в правоохранительных органах, жили в соседних городах Черноземья, периодически встречались, созванивались, дружили семьями… Не претендую на то, что из нашей курсантской роты я лучше всех знал Игоря Гулика и был его лучшим другом, но я хотел бы немного рассказать о нём... 

Итак, каким же парнем был Игорь Гулик? Если лаконично – целеустремленным и упёртым. Причем, на мой взгляд, именно упёртым, а не  упрямым.  Шёл к выбранной цели, прилагая огромные усилия воли, шёл напролом, в лобовую (маневры – это не для него), и достигал её. 

Как и большинство из нас, мы повстречались в начале июля 1987 года на полигоне училища при поступлении, то есть «на абитуре». Абитуриентов было 2-е роты: 7-я  (командир – Слесарев Ю.В.) и 8-я (командир – Сирица П.Н.). Командирами взводов были курсанты старшекурсники. Я попал в 4-й взвод 7-й роты. Помню, со мной во взводе были Дима Шапов, Женя Балка, Витя Кушнир. Замкомвзвода (или «замок») был у нас Саня Ковалев. Кто был ещё в нашем взводе, я сейчас уже и не припомню. Но вот Игоря Гулика, как мне кажется, по абитуре должны помнить многие. Он был «замком» 1-го взвода 7-роты, и всегда ходил во главе ротной колонны своей неуклюжей походкой (Валера Синкевич называл эту походку «утиной») в спортивном костюме зеленоватого цвета. На тот период мы не были  знакомы, но именно таким мне в самом начале запомнился Игорь Гулик. 

Потом: мандатная комиссия (или «мандатка», - ну, блин, и словечко), зачисление, переезд из полигона в казармы училища, получение обмундирования, его обшивание (погоны - на спине, шеврон – вкривь да вкось, подворотнички от перешивания уже черные с кровавыми пятнышками, исколотые пальцы… – ужас!), и с 1-го августа – начало занятий. И когда мы, гордые и счастливые, строем перемещались на перерывах из одного корпуса в другой, то у входа  в штаб училища кучкой с самого утра и до вечера стояли те, кто не поступил, сопровождая нас завистливыми взглядами. Среди этих парней был и Игорь Гулик. Он не был зачислен в общем порядке. Не знаю, где они ночевали, чем питались, на что вообще существовали, но каждое утро они «заступали» на пост – у вход в штаб и ждали прибытия начальника училища – генерал-майора Смирнова. Проходя мимо, мы здоровались, подшучивали друг над другом, и с каждым днём эта группа становилась всё меньше и меньше. А Гулик, в своём бессменном спортивном костюме, не сдавался. И только через 10-ть дней он появился в нашей казарме, как зачисленный курсант. Глаза горели от счастья, его радости не было предела. Много позже, когда мы с ним вспоминали этот случай, он говорил: «Как же я вам (уже поступившим) тогда завидовал, когда вы мимо проходили строем в курсантской форме. Готов был на всё, что угодно, лишь бы только меня зачислили. И я твердо тогда для себя решил: никуда не уйду, пока не возьмут». Упёртый. Нет, лучшей так: Упёртый!!!

Как-то в начале 1-го курса мы были в карауле в одной смене. Когда перемещались от одного поста к другому, разговорились о том, где бы служить по окончании училища (и это, напомню, в начале 1-го курса). Я вообще тогда мало, что представлял о будущем, поэтому ответил что-то вроде «куда Родина пошлет». А Игорь тогда на полном серьёзе говорит: «Если уж служить, то только в элитных войсках: ВДВ или морской пехоте!».                   Я тогда еще подумал: «Надо же, в последний вагон уходящего поезда еле-еле успел запрыгнуть, а уже в элиту метит…». Но эту мысль я ему озвучил спустя несколько лет, когда вместе служили в той самой элите. 

В училище, хотя мы и учились с Игорем в одном взводе, но друзьями с ним не были. Игорь занимался спортом – военным троеборьем (бег, стрельба из АК, метание гранаты). На втором курсе он женился на однокласснице из своего родного города, с которой дружил с детства, а когда он учился на третьем курсе, у него родился сын – Олег (кстати, сейчас его сыну перевалило за тридцать лет, он служит в Белгородском СОБРе, звание - майор). При формировании взвода морской пехоты Игорь одним из первых подал рапорт на перевод в это подразделение. Вот с того времени мы с ним стали  общаться теснее. На четвертом курсе на стажировке в Балтийской бригаде морской пехоты при распределении по частям Игорь одним из первых записался в ДШБ, так как искренне считал, что он обязательно должен прыгнуть с парашютом (к слову, автор этого опуса никуда не рвался, и по остаточному принципу, был направлен стажироваться в танковый батальон). Выпуск, распределение, и сбылась заветная мечта Игоря Гулика: его направили в бригаду морскую пехоту, на Северный флот. 

К месту службы Игорь приехал за неделю до назначенного дня. Кто раньше прибывал, тот имел возможность выбора среди имеющихся вакансий. Но, видимо, что-то тогда пошло не так, и Игорь был направлен командиром взвода в линейный батальон морской пехоты. Его такой расклад никоим образом не устроил, и менее чем через месяц он добился перевода в отдельный разведывательный батальон командиром взвода разведывательно-десантной роты (РДР). Здесь нужно особо отметить, что разведбат  того времени действительно был кастовой воинской частью бригады морской пехоты. Все сержанты и матросы – разрядники по тем или иным видам единоборств с комплекцией  Олега Церенка. 

Лейтенантов после училища никогда сразу не брали в разведку: только через год-полтора после службы в другой части бригады. А Гулик, нарушая все неписанные правила, почти сразу после выпуска из училища попал служить туда, куда стремился с детства: в элиту! И не просто в элиту, а в элиту внутри элиты.  Кстати, отступлю от темы и добавлю, что лично мне довелось попасть в разведбат лишь по прошествии 16-ти месяцев службы в артиллерийском (противотанковом) дивизионе, куда попал потому, что прибыл в бригаду за 3 часа до окончания указанного срока, 52-м по счету лейтенантом из 52-х прибывших выпускников училищ. Принцип «куда Родина пошлет» - действовал и актуален всегда. 

Служба в разведке нас с Игорем сблизила и по-настоящему подружила. Она действительно была очень интересная, насыщенная. Свободного времени не много, скучать не приходилось. На постоянной основе занятия, физподготовка, стрельбы, прыжки с парашютом, учения, полевые выходы, показательные выступления («показухи» - куда же без них). К концу дня матросы с ног валились, «старики» просили командиров произвести отбой пораньше. Понятие «дедовщина» в разведке отсутствовало вообще. Напротив, ценились совсем другие качества, в том числе была гордость носить черный берет, а к офицерам относились, без преувеличения, как к отцам-командирам. Настоящая боевая воинская часть – элита из элит. Много ещё чего можно было рассказать о нашей совместной службе с Игорем… 

И как мы старлейские звезды обмывали в коньяке (водки не было, а спирт пить еще не научились). Как на флотских учениях десантировались со сверхмалой высоты на ограниченную площадку на полуострове Рыбачий (позже оказалось, что это было серьезнейшее нарушение всех писанных мер безопасности, но, как водится, все обошлось благополучно, и командующему понравилось). Как я, будучи холостяком, и проживая в общаге, с огромным удовольствием «присматривал» за его квартирой, пока он с семьей находился в отпуске (отпуска были по 2 месяца в году). На протяжении всего времени на службе обращались друг к другу исключительно по отчеству: он – Михалыч, я, соответственно, – Викторыч. Так привыкли к этому, что после, в кругу друзей и семейном кругу, разговаривали так же и на «ВЫ». Все удивлялись, полагая, что мы дистанцируемся, а на самом деле так было удобно: не нужно ломать голову, кто находятся рядом, – друзья, сослуживцы, подчиненные. 

      Еще Петр Николаевич Сирица  учил нас универсальным словам, выражениям и командам. Например, команда – «поправить головной убор». Не надо думать, что это -  каска, фуражка, шапка, берет, кепка, панама, шлем. Особенно с учётом того, что иногда по утрам думать бывает сложно. Все просто: головной убор! Игорь со своей женой Ириной были единственными гостями на моей свадьбе. Время было не простое: на столе жареная картошка с тушенкой и 10 бутылок шампанского… Весело!!!

Однако, рано или поздно, всему приходит конец… В конце 1993 года должность командира РДР стала вакантной. Назначили  нового командира роты, но не Гулика. Он подал рапорт, и весной 1994 года Игорь уволился. 

            Игорь с семьей переехал в город Белгород. Спустя несколько лет мы вернулись к теме о причинах его увольнения, и выяснилось, что не обида двигала им тогда. К этому времени развал Вооруженных Сил докатился и до Крайнего Севера, где жизнь никогда не была сахаром, а стало – ещё сложнее. К тому же – маленький сын, а жена Игоря – Ирина ждала второго ребёнка, а в средней полосе России и климат другой, да и жильё пообещали (а «жилищный вопрос», как известно, не только «москвичей сгубил»). Вот оно как-то одно к другому и подтолкнуло Игоря к увольнению из армии. С жильём, кстати, не обманули: почти сразу предоставили 3-х-комнатную квартиру в посёлке Разумном, в пригороде  Белгорода. 

Гулик поступил на службу в СОБР, прошел экзамен на краповый берет. В отличие от голубого берета (ВДВ) или черного (МП), которые выдавались по умолчанию, краповый берет тогда ещё нужно было заслужить (Дима Караулов, проходивший службу в  Липецком СОБРе, это подтвердит). Затем участие в так называемых 1-й и 2-й Чеченских «кампаниях». Командировки в зону боевых действий, ранения, контузии, государственные награды. Здесь, признаюсь, мне особенно повествовать не о чем, так как мы тогда вышли из поля зрения друг друга. Мобильной связью не располагали, поэтому использовали рассказы и пересказы других товарищей и знакомых. С высоты времени могу сказать, что через 5 лет Игорь был назначен командиром этого Отряда, пройдя поочередно все ступени. Как не сложно догадаться, в СОБРе случайных людей не бывает. Эта среда обитания случайных людей выталкивает сама. Там за спинами друг друга не спрячешься. Там всегда на передовой: и в мирное, и в военное время. А командирами назначают самых достойных, заслуженных, пользующихся непререкаемым авторитетом и уважением у подчиненных и руководства. То есть воистину лучших из лучших. 

Первая встреча после долгой разлуки произошла абсолютно случайно. Хотя полагаю, что она была предопределена свыше. В 2000-м, в Чечне, в Ачхой-Мартане, где тогда располагалась наша группировка, по улице навстречу идет своей «утиной» походкой наш Игорь Гулик. Их сводный отряд, которым он командовал, стоял в Серноводском (это недалеко, через Самашкинский лес). Он как раз приезжал к нам с каким-то отчетом или документами. Вот как так? Шесть лет не виделись, а повстречались за полторы тысячи километров от дома? Воистину, поверуешь в чудеса. И хотя время у нас было ограничено для общения, но тем не менее, трезвыми мы тогда с ним не расстались. Конечно, обменялись контактами и больше не терялись.  

В дальнейшем мы часто созванивались. Я неоднократно бывал в Белгороде, дома у Гуликов. У нас была хорошая традиция: летом собираться и на ближайшем водоеме отмечать День ВМФ. Не вдвоем, конечно. Там много  наших морпехов, в том числе выпускников-кировцев разных годов. Мы собирались семьями, с жёнами, с детьми и очень приятно и тепло проводили время…

В 2002 году Игорь уволился из правоохранительных органов. Ну, сколько  можно воевать? Пошел работать начальником службы безопасности на одно из крупных местных предприятий. Поступил на заочное обучение в Белгородский государственный университет, на юридический факультет. Работа и гражданская спокойная жизнь ему нравились. Даже, осознав, что есть жизнь за воротами спецподразделения, выказывал сожаление о том, что раньше не ушёл со службы. Рядом – любящая жена, дети – растут, учатся, в доме – порядок, куча друзей окружает…  Что ещё в жизни нужно? – Живи в своё удовольствие, да радуйся. Но судьба распорядилась иначе… 

… Автомобильная авария «забрала» Игоря Гулика 20-го мая 2006 года.  23-го мая  я попрощался с ним навсегда. После этого несколько лет, будучи проездом через Белгород, заезжал к нему на кладбище. До сих в моём стареньком мобильном сохранён номер его телефона...  

Друзья-сослуживцы Игоря его семью, как могли, поддержали: жене Ирине помогли с работой, сыну – с поступлением в Белгородский Институт МВД. Пойти по стопам отца – это уже его выбор. А ещё сослуживцами в пос. Разумном ежегодно проводятся соревнования по боксу среди юниоров памяти кавалера ордена Мужества Гулика Игоря Михайловича, инициатором и организатором который является Шишлянников Андрей, выпускник ЛВОКУ им. С.М. Кирова 1988 года. И это является хорошей памятью! 

Ну вот, пожалуй, и все. Размышляя об Игоре Гулике, невольно вспомнились другие товарищи, которых давно нет с нами. Уверен в одном: пока о людях помнят – они живы. 

 А что касается Игоря и ответа на вопрос: «А каким он парнем был?», то ответ будет прост и лаконичен: таким, который хотел и стремился всегда и во всем быть первым, лучшим, и даже лучшим среди лучших!!! 

«… Так куда вы уходите? Может прямо на небо? И откуда-то сверху вы прощаете нас…». 

Сергей Желтоухов. 

 













ЛЕНИНГРАДСКОЕ (САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОЕ) ВЫСШЕЕ ОБЩЕВОЙСКОВОЕ КОМАНДНОЕ ДВАЖДЫ КРАСНОЗНАМЕННОЕ УЧИЛИЩЕ ИМ. КИРОВА
lenpeh.ru | lenvoku.ru | voku.spb.ru | ленпех.рф | ленвоку.рф